Индивидуальные экскурсии.
Санкт-Петербург и пригороды.
Персональный гид Светлана Ржеусская.

Основание Санкт-Петербурга

27 (16 ) мая 1703 года
Впервые день рождения Петербурга отметили в 1803 году – спустя век после его основания. До этого городу было не до праздников.
Инициатива проведения торжества в честь столетия города принадлежала императору Александру I. Грандиозное гуляние было намечено на 16 (по новому стилю 27) мая 1803 года. Принято считать, что Петр I заложил город 16 мая после взятия крепости Ниеншанц, исходя из этого и выбрали день для празднования.
Плавающая дата
Между тем, дата эта весьма условна. Историк Петр Петров в 1885 году издал «Историю Санкт-Петербурга с основания города до введения в действие выборного городского управления по учреждениям о губерниях. 1703–1782». В этой книге он приводил выдержки из Преображенского походного журнала, где указано, что 16 мая император прибыл на Сясьское устье, а не ходил по Заячьему острову. О закладке города ничего не говорится ни в майских, ни в июньских записях. «Петр во все это время подписывал и письма, и указы «из лагеря, при Шлотбурге» — как называлось расположение полков на обеих Охтах, при Ниеншанце. Первая бумага «из Санкт-Петербурга» — до сих пор изысканная, уже с числом 1 Июля 1703 года», - пишет Петров. 29 июня император на островке Иени-Сари («Заячий остров») задал пир в честь закладки церкви во имя святых апостолов Петра и Павла. Этот день и можно считать днем основания Петропавловской крепости, а следовательно и Санкт-Петербурга.
Впрочем, у Петрова нашлось немало противников, которые не стеснялись называть его изыскания «ересью». В январе 1903 года в столичной газете «Новое время» появилась статья Николая Энгельгардта «Когда праздновать юбилей Санкт-Петербурга?», в которой автор утверждает, что «история Петербурга начинается собственно с 30 апреля 1703 года, когда Петр предложил коменданту Ниэн-Шанца сдать город «на аккорд». Итак, нам должно праздновать или первого мая, когда Петр Великий овладел шведским городом и крепостью Ниэном, или 29 июня, день заложения собора Петра и Павла, крепости Петропавловской».
Как видно сегодня, все эти рационализаторские предложения не прижились, и день рождения города отмечается по-прежнему 27 (16 ) мая.

Крест из травы
Педагог и историк Петр Столпянский в своей книге «Петропавловская крепость» в 1923 году изложил легенду об основании города со ссылкой на рукопись «О зачатии и здании царствующего града С.-Петербурга» (вторая половина XVIII века). В рукописи говорится: «14 мая Царское величество изволил осматривать на взморье устья Невы-реки и островов и усмотрел удобный остров к строению города… Когда (государь) вшел на средину того острова, почувствовал шум в воздухе, — усмотрел орла парящего, и шум от парения его был слышан; взяв у солдата багинет, вырезал два дерна, положив дерно на дерно крестообразно, и сделал крест из дерева и, водружая в писанные дерна, изволил говорить: „Во имя Иисуса Христа на сем месте будет церковь во имя верховных апостолов Петра и Павла"».
Владимир Одоевский в повести «Саламандра» в 1844 году писал, опираясь на карело-финские поверья: «Король бросился в море, чтоб затушить огонь; царь за ним, - приходит к морю, а король уже за морем; царь гнаться - смотрит, нет корабля, вокруг него только песок морской, да голые камни, да топь, да болота. Царь собрал своих вейнелейсов и говорит им: «Постройте мне город, где бы мне жить было можно, пока я корабль построю». И стали строить город, но что положат камень, то всосет болото; много уже камней навалили, скалу на скалу, бревно на бревно, но болото все в себя принимает и наверху земли одна топь остается. Между тем царь состроил корабль, оглянулся: смотрит, нет еще его города. «Ничего вы не умеете делать», - сказал он своим людям и с сим словом начал поднимать скалу за скалою и ковать на воздухе. Так выстроил он целый город и опустил его на землю».
На деле же в «Марсовой книге» в 1713 году записано: «Между тем временем г. капитан бомбардирной роты (то есть Петр В.) изволил осматривать близь к морю удобного места для здания новой фортеции, и потом в скором времени изволил обыскать единый остров, зело удобный положением места на котором вскоре, а именно мая в 16 день в неделю (т. р. в воскресенье) пятидесятницы фортецию заложил и нарек имя оной Санкт-Петербург».

Точное место закладки города, как и конкретный день, определить довольно сложно, так как возникновение города стало результатом целого ряда указов и распоряжений императора. Тем не менее, легенда о парящем орле очень романтична, и туристы охотно верят в нее.
Медный Всадник
Место встречи
Вокруг названия острова, от которого берет свое начало история Петербурга, тоже ходит немало легенд. Как и «Царское Село», которое произошло не от «царей», а лишь от искаженного «Саарского» (финно-угорское «Саари Моис» переводится как «Возвышенная мыза»), Заячий остров стал результатом лингвистических сложностей.
Одна из легенд гласит, что Петр прогневался на нерадивых и медленных плотников, но простил их, когда во время наводнения дикий заяц прыгнул в лодку и угодил ему на руки.
Островок в самом широком месте устья Невы до прибытия Петра был пустынным и необитаемым. В период шведской колонизации назывался Люст-хольм (Веселый остров), или Люст-эйланд (Веселая земля). После наводнения, уничтожившего все поселения, стал называться Тойфель-хольм (Чертов остров). Позже финны прозвали его Jänissaari – «Заячий остров». Очевидно, этимология названия связана с тем, что островок одичал и был заселен дикими животными.

В 2003 году к 300-летию города легенду о пережившем наводнение зайчике решили все-таки увековечить и установили на свае у Иоанновского моста Петропавловской крепости металлическую фигурку зверька высотой 58 сантиметров. Петербуржцы верят, что заяц исполняет желания.
Зайчик на Заячем острове
Сбывшиеся предсказания
Между тем, если верить легендам, о появлении здесь в далёком будущем столичного города было знамение ещё в I веке от Рождества Христова. Будто бы один из двенадцати апостолов, Андрей Первозванный, проповедуя христианство в восточных землях Европы, дошёл до самого острова Валаама и водрузил там крест. Путь его пролегал через будущий Петербург предположительно в районе современного Московского шоссе, там, где, по предложению скульптора Альберта Чаркина, собираются установить памятник апостолу. Вот как о путешествии Андрея Первозванного рассказывается в анонимном произведении XVIII века «О зачатии и здании царствующего града Санкт-Петербурга»: «От Друзина святый апостол Христов Андрей Первозванный имел шествие рекою Волховом и озером Невом и рекою Невою сквозь места царствующего града Санкт-Петербурга в Варяжское море, и в шествие оные места, где царствующий град Санкт-Петербург, не без благословлений его апостольского, были. Ибо <…> издревле на оных местах многажды видимо было света сияние».
Этот мистический сюжет через много веков получил неожиданное продолжение. Местные легенды утверждают, что в год начала Северной войны «чудесный свет, издревле игравший над островами невской дельты, необыкновенно усилился».
В сказочном созидании Петербурга роль Андрея Первозванного велика. Не случайно, по легенде, Пётр Великий обнаруживает мощи святого Андрея, который, согласно христианской традиции, мученически кончил свою жизнь в греческом городе Патры, где был распят на кресте, имевшем форму буквы «X» (так называемый Андреевский крест).
Андрей Первозванный
Через полтора тысячелетия после легендарного северного путешествия Андрея Первозванного французский астролог Мишель Нострадамус в своих знаменитых «Столетиях» якобы предсказал появление великого государя и его новой столицы:
"Усилиями Аквилона дерзкого
И будет к океану дверь прорублена,
На острове же царство будет прибыльным,
Но Лондон задрожит, увидев парус их."

Современные толкователи Нострадамуса склонны видеть в этом известном катрене предсказание строительства сильного флота, чем и в самом деле всерьёз будет впоследствии обеспокоена Британия, и возникновения новой столицы («нового царства») на пустынных берегах Невы («на острове»).
Нострадамус
Примерно в ту же эпоху, в 1595 году, некий «славный физик и математик» Иоанн Латоциний за 126 лет до принятия Петром Великим императорского титула и наименования России империей, написал: «Известно есть, что зело храбрый принц придет от норда во Европе и в 1700 году начнет войну и по воле Божией глубоким своим умом и поспешностию и ведением получит места, лежащие за зюйд и вест, под власть свою и напоследок наречется император».
Как это ни удивительно, но, как и предсказывал Иоанн Латоциний, в 1700 году началась война. Петру в то время было двадцать восемь лет. Но вот малоизвестное пророчество великого святителя Митрофана Воронежского, будто бы сделанное им десятилетнему Петру Алексеевичу в 1682 году, когда царевичу не могло прийти в голову даже мысли о новой столице на балтийском побережье. Митрофан сказал юному Петру: «Ты воздвигнешь великий город в честь святого апостола Петра. Это будет новая столица. Бог благословляет тебя на это. Казанская икона будет покровом города и народа твоего. До тех пор, пока икона Казанская будет в столице и перед нею будут православные, в город не ступит вражеская нога».

Всё сбудется. В 1710 году Пётр повелел перевезти в новую столицу чудотворную Казанскую икону Божией Матери, впервые явленную русским воинам в Казани в 1579 году.

Made on
Tilda